Основная роль женщины в семье — хранительница семейного очага. Именно она является основой семьи: знает, как помочь ребёнку справиться со своими проблемами, поддержать супруга в принятии важного решения и в трудный период жизни. Даже если для спасения жизни родного человека придётся рисковать собственной, как случилось с моими родителями…
Хочу рассказать о жизненном пути трёх простых сельских женщин, моих родных, которые сами того не подозревая совершили, не побоюсь громкого слова, — героический подвиг.
Кто же они и чем отличились? Заглянем в прошлое. К середине 1944 года в СССР уже понимали, что смогут победить немецких захватчиков во главе с Гитлером. Однако, потери советского народа насчитывали миллионы погибших.
Так, 8 июля 1944 года впервые Указом президиума Верховного совета СССР было установлено звание «Мать-героиня». Это решение имело чёткую цель — исправить демографическую ситуацию в стране. Нужно было в максимально короткие сроки восполнить потерянное в годы войны население.
Чтобы достичь этой цели, необходимо было стимулировать женщин увеличивать рождаемость в семьях. Если женщина родила 10 и более детей, то она получала почётное звание «Мать-героиня».
Этим же указом был учреждён и орден «Материнская слава», имеющий три степени. I степени получали женщины, которые родили и воспитали девять детей, II степени — восемь и III степени — семь. Награда вручалась по достижению младшим ребёнком одного года, при условии, если старшие дети были живы и воспитывались в семье.
Первые послевоенные года были трудными, и звание «Мать-героиня» давало награждённой в основном моральные блага — почёт и общественное уважение. Но, как только раны, оставленные войной, затянулись, а материальное благополучие страны выросло, матери-героини получили льготы: скидку на оплату ЖКХ, квартиры вне очереди, бесплатный проезд и другие уступки. Среди получивших звание «Мать-героиня» разных степеней были мои родные.
Ордена «Материнская слава» I степени была удостоена наша мать Разия Бадртдиновна Сулейманова, уроженка села Старосултангулово Асекеевского района, которая родила 14 детей, но, к сожалению, вырастила до взрослых лет девятерых.
Получила звание «Мать-героиня» I степени и моя родная сестра Амина Мурзахановна Салимханова, уроженка села Старосултангулово, которая родила и вырастила 10 детей.
Ордена II степени была удостоена моя родная тётя (сестра отца) Хадича Сулеймановна Бадреева, уроженка села Старосултангулово, вырастившая восемь детей.
Они родили и воспитали детей, которые росли в любви и заботе, не ради званий и мизерных материальных льгот. Много фактов подтверждающих это. Например, скидку на оплату ЖКХ они не могли получать — жили в своих домах без электричества, воды, центрального отопления, квартиру вне очереди не ждали, так как все трое были колхозницами и жили в деревне, бесплатным проездом тоже не пользовались — в сёлах общественного транспорта не было.
Все три моих любимых героя повествования были верующими, и рождение каждого ребёнка воспринимали как новый дар всевышнего.
Впоследствии почти все из этих 27-ми детей на три семьи, за исключением пяти самых младших, или сражались с автоматом в руках вместе с отцами против фашистских захватчиков и дошли до Берлина, или вместе с матерями, начиная с 9–10 лет, наравне с взрослыми, ковали Победу в тылу, отправляли хлеб на фронт, будучи сами полуголодными.
Мать и отец — семьи два крыла
Наша мать Разия Бадртдиновна родилась в 1892 году в Старосултангулово. Она была третьим ребёнком в, зажиточной по тем меркам, семье Бадреевых. Мама росла хватким и трудолюбивым ребёнком, рано увлеклась рукоделием. У неё была швейная машина немецкого производства «Зингер» и ручной ткацкий станок. Эти предметы для того времени были диковинкой, не каждая семья могла себе позволить такую роскошь. Мама быстро прослыла в селе искусным мастером: ткала, шила, вышивала, вязала, умела готовить многие татарские блюда, печь хлеб.
Она была не только умелой, но красивой, завидной невестой. К 21-летней Разие на выданье многие сватались. Но родители выбрали для неё в мужья местного парня Мурзахана Сулейманова.
Отец родился в 1890 году в Старосултангулово. Был вторым ребёнком в своей семье, слывшей среди местных жителей особенно трудолюбивой. У отца был богатый событиями жизненный путь. Он учился и окончил медресе, мог работать преподавателем в школе, муллой, казием. Но, судьба сложилась так, что его забрали на службу в царскую армию, где назначили ординарцем при офицере очень высокого звания.
Когда отец после службы вернулся на малую родину, началось предреволюционное брожение, мечети закрылись. Имея за плечами ценный жизненный опыт и знания, он не остался не у дел. Отец довольно хорошо говорил по-русски, читал и писал арабским и латинским шрифтами, почти наизусть знал Коран, свободно переводил на татарский любой его аят.
В 1913 году родители поженились. В 1914 году у них родился первенец Фатих. Тогда они и представить не могли, что спустя 27 лет он пойдёт защищать Родину от немецких захватчиков, оставив молодую жену Асию и годовалого сына Барыя на попечение родителей.
Судьбы, опалённые войной
В официальном документе о службе Фатиха написано: «Справка дана старшему сержанту запаса Сулейманову Фатиху Мурзахановичу 1914 года рождения в том, что он проходил действительную военную службу в рядах Советской Армии с 1941 по 1945 годы.
Призывался Бугурусланским райвоенкоматом Оренбургской области.
Служил: с VIII 1941 год по IX 1943 год 12-й инженерный полк — командир отделения; с IX 1943 год по VII 1945 год 2-ая инженерная бригада — помощник командира взвода; с VII 1945 года по XI 1945 год 10-ая сапёрная бригада — помощник командира взвода.
Уволен в запас в ноябре 1945 года на основании Указа Президиума Верховного Совета СССР от 25 сентября 1945 года.
Капитан Сироткин, 17 июля 1977 г.»
12-й инженерный сапёрный полк входил в состав 23-й армии. Перед войной находился на строительстве укреплённых районов на Карельском перешейке в подчинении 23-й армии.
С началом войны полк продолжил устройство оборонительных сооружений и заграждений, минирование дорог в полосе 23-й армии, приступил к совершенствованию обороны на южных подступах к Ленинграду. Фатих Сулейманов имел прямое отношение к успешной обороне и прорыву блокады Ленинграда в годы Великой Отечественной войны. Имел множество наград и поощрений от командиров и руководства администраций.
В 1915 году у родителей родился сын Мухамет. На его долю выпало три войны. Уже взрослый Мухамет, уходя от бесплатной работы в колхозе в виде трудодня, забрал семью и по оргнабору отправился на Дальний Восток. Уже оттуда в возрасте 23 лет в 1938 году был призван Михайловским райвоенкоматом, тогда Приморской области, для прохождения действительной военной службы.
В сентябре 1939 года Советско-монгольские войска и Вооружённые Силы милитаристской Японии столкнулись на Маньчжурско-Монгольской границе — это была необъявленная война, а Мухамет стал её участником. После войны он был уволен из действительной службы и зачислен в запас. Вернулся с семьёй в Асекеевский район в посёлок Курбанай.
Однако, недолго он наслаждался мирной жизнью. Из запаса он был призван 7 января 1940 года Асекеевским районным военкоматом и зачислен стрелком в 718-й стрелковый полк, который сражался в Советско-финской войне, длившейся с 1939 по 1940 годы.
Тяжёлые испытания пришлось пройти Мухамету Мурзахановичу на Советско-финской войне. Однако он с достоинством их выдержал, а главное — остался жив. 7 апреля 1940 года был вновь уволен в запас.
Мирным трудом на родной земле Мухамет смог насладиться всего чуть больше года. Через две недели после начала Великой Отечественной войны, 7 июля 1941 года, он был призван по мобилизации Асекеевским районным военкоматом и назначен стрелком 917-го стрелкового полка, входившего в состав 249-й стрелковой дивизии. Зимой, 6 февраля 1942 года, получил лёгкое ранение, но после быстрого восстановления вернулся на фронт в состав 16-й гвардейской дивизии. Уже 17 марта 1942 года получил серьёзное ранение. Пришлось долгие месяцы лечиться в госпитале.
В январе 1943 года Мухамет вернулся на фронт. Однако теперь попал в новый 127-й пограничный полк, где служил инструктором служебных собак вплоть до демобилизации в мае 1946 года.
Мухамет Сулейманов был награждён медалями «За отвагу», «За взятие Берлина», «За победу над Германией», Орденом «Красная Звезда» и множеством юбилейных медалей.
О личных заслугах в его наградном листе говорится: «…Инструктор служебных собак линейной заставы 127-го пограничного полка войск НКВД ОТ 1-го БФ старший сержант Сулейманов 25 сентября 1944 года в м. Рыки задержал крупного агента-парашютиста немецкой разведки. Кроме этого, на своём счету имеет задержания агента контрразведки, пяти пособников и 25 человек другого преступного элемента.
Участвуя в операциях по ликвидации бандитизма в тылу действующей Красной армии, Мухамет уничтожил шесть солдат противника.
За храбрость и мужество, проявленные в борьбе с немецкими захватчиками, он достоин награждения орденом Отечественной войны 2-й степени.
Командир 127-го пограничного Померанского полка
полковник А. Ф. Васильев, 30 апреля 1945 года».
В 1923 году у родителей родился третий, будущий защитник Родины — Кагарман. В начале Великой Отечественной войны ему было лишь 18 лет, таких на войну не направляли. Он первым среди своих братьев окончил 10 классов. Почти все местные мужчины, в основном грамотная часть населения, ушли на фронт. Кагармана назначили секретарём Курбанаевского сельского совета. Вскоре председателя сельсовета Гатауллу Амирова отправили на фронт, и Кагармана поставили на его должность.
В январе 1942 года мать проводила на фронт третьего сына — Кагармана. Как оказалось навсегда — она не дождалась его возвращения с фронта.
В марте 1942 года пришло единственное письмо от него с фронта, где сообщалось: «Жив, здоров, готовимся к тяжёлым боям». На этом связь прервалась навсегда. К сожалению, письмо не сохранилось, поэтому нельзя определить даже номер воинской части, чтобы узнать его судьбу.
Уже в мае 1942 года родителям пришло извещение о том, что Кагарман пропал без вести. Но и оно было утеряно. В семье не сохранилась даже его фотография.
В «Книге Памяти», посвящённой 50-летию Победы, Асекеевским районом значится (привожу с сохранением орфографии): «Сулейманов Кагрман Мурз. 1921 г. р. пос. Курбанай, рядовой. Погиб в мае 1942 года».
Смею выдвинуть свою версию, что в годы Великой Отечественной войны воины 1923 года рождения по сравнению с другими бойцами в процентном отношении погибали больше. Так как в 1941 году этим парням было по 18 лет, по сути — вчерашние школьники, не успевшие стать специалистами ни в одной из областей, потому «бронированию» не подлежали. В технически сложные виды вооружённых сил, где шансы остаться в живых были относительно высоки, предпочитали призывать более старших бойцов. Поэтому призывники 1923 года рождения шли в основном в пехоту, где выше вероятность гибели.
Судя по содержанию единственного письма Кагармана, так оно и было: где же, как не в пехоте, призвавшись в январе–марте, без особых навыков и опыта «готовиться к тяжёлым боям».
Ирония судьбы
Наша мать дожила до 80 лет. Когда нам, пока ещё оставшимся в живых восьмерым детям, разбросанным по необъятной России, изредка удавалось собраться вместе в отчем доме в Курбанае, она всегда тяжело вздыхала о том, что не хватило счастья остаться в живых Кагарману. Тогда отец старался успокоить её: «Не убивайся, мать, это воля всевышнего, и видимо Кагарман наша жертва за победу над фашистской Германией». В переводе с арабского языка на татарский «кагарман» — жертва. Смысл его имени воплотился в реальную жизнь.
Отца на войну не брали, потому что к 1941 году ему был уже 51 год, а мобилизовали только до 50 лет. Но с ним случилась беда похуже — его посадили в тюрьму. Все хлопоты по дому легли на хрупкие плечи мамы. Нас у мамы на руках осталось шесть несовершеннолетних детей: самой старшей Муслиме — 13 лет, мне, самому младшему, — три года. Да ещё годовалый внук Барый с матерью Асиёй, нашей снохой, потому что ушедший на войну их отец и муж Фатих жил вместе с родителями.
Как-то отца и ещё одного пожилого мужчину старше 50 лет, курбанаевский колхоз «Ирек» направил в распоряжение Асекеевского райпотребсоюза для поездки в город Белебей Башкирской АССР за водкой. Дело было зимой. Они поехали на двух санях, запасшись продуктами для себя, кормами для лошадей. Доехав до Белебея, получили две бочки водки и пустились в обратный путь, но попали в сильный буран. Задержались на несколько дней. Кончились и продукты, и корм для лошадей, да и денег не было. Продали 1,5 литра водки, рассчитавшись с хозяином ночлежки, купив всё необходимое, благополучно добрались до Асекеево. Всю оставшуюся водку сдали райпотребсоюзу. За недостающие 1,5 литра возбудили уголовное дело. Отцу дали пять лет заключения, напарнику — семь, так как водку продавали из его бочки. Теперь бы над этим посмеялись, а тогда была трагедия.
Отца отправили в трудовые лагеря в город Похвистнево, где он с ломом, киркой и лопатой в руках долбил мёрзлую землю на месте строительства нефтегазовых объектов, необходимых для развития оборонной промышленности города Куйбышев (ныне Самара). Земляные работы чередовались ручным приготовлением раствора и заливкой бетона. Электричества и бетономешалок не было и в помине. Отец голодал, замерзал. Кормили плохо, одевали ещё хуже. От непосильного труда заключённые были истощены, болели, умирали. Отца от голодной смерти спасла мама. Она, отрываясь от нас, семерых полуголодных детей, почти каждый месяц с точностью часового механизма возила отцу передачи, но их нередко крали или попросту отбирали другие заключённые. Тогда мать пошла на хитрость. Нашла в Похвистнево честного, надёжного человека из числа вольных, работавших в штате лагеря. Она свои передачи оставляла у него дома, а тот каждый день, уходя на работу, прихватывал дневную норму еды для отца из запасов мамы, которых хватало до следующей передачи.
Не стану описывать, каких трудов стоило маме пешком добираться от Курбаная до станции Заглядино, толкаясь сесть в набитый людьми вагон пригородного поезда, беречь свою передачу от бандитов и довезти до условленного места. И так три года, пока отец не был досрочно освобождён. Только преданная и любящая своего мужа жена может выдержать такую нагрузку.
Отец не был участником войны, но за годы пребывания в лагерях, он сделал многое для обороны страны. Куйбышев в военные годы был важнейшим центром оборонной промышленности и нуждался в наращивании энергоснабжения города, ускоренными темпами вёлся ввод нефтяных и газовых объектов. Именно с бугурусланских и похвистневских месторождений началось наращивание энергоснабжения города, где отец орудовал ломом, киркой и лопатой. Личным трудом он внёс ощутимый вклад в нашу Победу.
А в это время мать одна кормила и одевала шестерых детей и годовалого внука. День и ночь работала в колхозе, получая за труды «пустые палочки».
Хочу расшифровать выражение «пустые палочки». Это важно, потому как молодому поколению, думаю, не знакомо такое выражение.
Начиная с 30-х годов, почти все крестьяне были объединены в колхозы. Тогда была введена оплата труда колхозников в виде трудодней вместо живых денег. Суть заключалась в том, что за выход на работу начислялся один трудодень, в народе его называли «палкой». Колхозников обязали набрать в год не менее 200–300 «палок». В конце сельскохозяйственного года, рассчитавшись с государством за все авансы натурой в виде мяса, молока, зерна и так далее, остаток должны были делить между собой. Практически делить ничего не оставалось, или в лучшем случае на одну «палочку» приходилось 150–200 граммов зерна, а если ты набрал положенные 250–300 «палок» — 375–500 килограммов в год или 1,02–1,360 килограмма в день. Это фактически бесплатная, но обязательная работа в колхозе.
Мать содержала семью за счёт подсобного хозяйства, где трудилась ночами после колхозных работ. Кроме того, имея корову, овец и кур, на содержание которых тратила силы, ежегодно сдавала государству натуральный налог в виде 300 литров молока, 40 килограммов мяса, сотни яиц, несколько килограммов шерсти. Таким образом, она кормила не только нас, несовершеннолетних, но и ушедших на войну детей.
Правда, ей уже помогали старшие дети. В начале войны Муслиме было 13 лет, Зямилю — 11, Харису — 9. Они участвовали и в колхозных, и в домашних делах наравне со взрослыми.
Отец с посредником, приносившим ему передачи от матери, узнали друг друга ближе, подружились. Новый знакомый оказался юридически грамотным. Он стал подробно расспрашивать отца о его деле. Внимательно выслушав, сказал, что есть вероятность освободить его. Тогда отец принял его слова за шутку, а они сбылись. Оказалось, что он написал прошение по делу отца на имя высокопоставленного московского начальника. После довольно продолжительной волокиты состоялся пересуд. Отца освободили, а судимость сняли.
Неожиданно начавшись, также неожиданно завершилось это трагическое для нашей семьи дело. В этом немало заслуги нашей мамы.
Жизненный путь Салимхановых
Моя сестра Амина Салимханова (в девичестве Сулейманова) тоже многодетная мать — родила и воспитала 10 детей.
Родилась она в Старосултангулово в 1916 году третьим ребёнком у родителей. В ту пору в татарских семьях в одном доме жили несколько поколений. Так было и у Амины, вместе с родителями она жила в доме дедушки Сулеймана. Мать с малолетства научила её всем премудростям женского дела по дому. Росла она похожей на маму не только по делам, но и по внешности — красивой, стройной.
Через дом жила семья Салимхановых, где рос Муса, второй ребёнок в семье. Салимхановы, как и все сельчане, занимались земледелием, животноводством и преуспевали в этом деле благодаря стараниям главы семейства Габдуллы. Муса набирался крестьянского опыта.
В те годы молодые женились рано. В 1934 году Мусе было 20 лет, а Амине 18. С согласия глав семейств, молодые поженились.
До начала Великой Отечественной войны в 1941 году у них родились сыновья Ягъфар — 1935 года, Яхъя — 1936 года, Закария — 1939 года. Новая семья из Султангулово переселилась в вновь образованный посёлок Курбанай.
Мусу призвали на фронт в первые дни войны. Амина оставшись одна с детьми, как и мать, пережила ужасы военного лихолетья в тылу.
Муса ещё до войны, 15 ноября 1936 года, был призван в ряды Красной армии. Пройдя полковую школу по специальности дежурного по станции, служил на Дальнем Востоке в войсковых частях по эксплуатации железных дорог до 15 марта 1939 года. С началом Великой Отечественной войны был мобилизован в числе первых. Служил помощником командира взвода в 59-м стрелковом полку железнодорожных войск. В январе 1942 года получил лёгкое ранение в ногу на реке Волхов. Лечился в госпитале, и уже в марте вернулся в строй. В мае снова был ранен. На этот раз тяжело в правую руку. Произошло это в боях за деревню Козловка Калининской области. Снова попал в госпиталь.
После выздоровления Мусу Салимханова направили в Чкаловское танковое училище. Обучившись там с сентября 1942 года по май 1943 года, он воевал командиром машины Т-70 сначала в 34-й запасной танковой бригаде, а спустя некоторое время — в 51-ом гвардейском полку 5-ой гвардейской танковой армии.
Командование, оценив по достоинству боевые качества офицера Салимханова, направило его в город Балашов на курсы при Высшей офицерской школе самоходной артиллерии, оттуда — командиром батареи СУ-76 в первую учебную танковую бригаду.
Боевой путь Мусы Салимханова проходил в составе 865-го отделения самоходно-артиллерийского дивизиона 101-й стрелковой дивизии. Воевал он на Северо-Западном, Западном, Втором Украинском, Первом Белорусском фронтах.
Великую Победу он встретил в Берлине. В сражениях на подступах к городу 14 апреля 1945 года чуть не сгорел в своём танке. Следы от тех ожогов, последних ранений, полученных в войне с фашистами, сохранились у него на всю жизнь.
После капитуляции Германии 9 мая 1945 года служба Салимханова не закончилась. Он продолжал её вплоть до февраля 1946 года в составе 1-го запасного танкового полка в городе Горький.
За проявленные храбрость и отвагу Муса не раз отмечался наградами. Был кавалером Красной Звезды. Наградной лист гласит: «В период боевых действий полка на Криворожском направлении товарищ Салимханов проявил исключительную храбрость и отвагу. 22 ноября 1943 года в районе высоты 273,7, что на один километр южнее деревни Варшино-Власовка, противник контратаковал наши части превосходящими силами. В неравном бою товарищ Салимханов огнём из танка уничтожил танк Т-2, автомашину, порядка ста солдат и офицера противника».
Орденом Красного Знамени Муса Габдуллович был награждён 21 февраля 1944 года за то, что в составе роты отбил шесть контратак противника. Огнём из танка лично уничтожил танк Т-4, автомашину и до 70 солдат и офицеров противника. Ворвался в деревню Вербовка и танковым огнём уничтожил одного «Тигра», два самоходных орудия и пулемётную точку.
Наверное, так должно было быть, что у такого героического фронтовика как Муса Габдуллович, и супруга Амина Мурзахановна также отмечена государственной наградой, удостоена высокого звания «Мать-героиня».
Все их 10 детей — семь сыновей и три дочери достойно трудились и трудятся в сельском хозяйстве, нефтяной отрасли, медицине, в области культуры, авиации.
Сын супругов Амины и Мусы Яхъя Салимханов приобрёл крылья под небом Асекеевского учебного аэродрома, учась в Бугурусланском лётном училище. Набрав опыта на самолётах меньших марок, с 1977 по 1986 годы покорял воздушное пространство командиром корабля ИЛ-18. В СССР летать на них было престижно и не каждому пилоту доступно. Яхъя Мусаевич сажал свой самолёт во всех крупных городах СССР от Калининграда до Владивостока, Хабаровска. Из зарубежных стран часто летал в Германию, Афганистан.
Пилот 1-го класса выработал 16300 часов безаварийного полёта. Это 679,2 сутки или 1,86 года непрерывного пребывания в воздухе. При этом, что стаж для выхода на пенсию у лётчиков составляет 15 лет, у него он превышает 30 лет.
Младший сын Яхъи, также окончил Бугурусланское лётное училище и летал на разных марках самолётов.
Нелёгкая дорога жизни Хадичи
Хадича Сулеймановна Бадриева с мужем Вагазом Бадртдиновичем дали жизнь восьмерым детям. Оба они уроженцы Старосултангулово.
Чтобы не путаться в биографии отдельных личностей в моём рассказе, привожу разъяснения. В нашем роду Сулеймановых случилось интересное родство с родом Бадриевых: младшая сестра моего отца Хадича вышла замуж за младшего брата моей матери Вагаза. Вот такое смешение родства девятерых детей Сулеймановых и восьмерых детей Бадриевых.
Хадича до замужества жила с родителями и с пришедшей к ним снохой Разиёй (моей матерью). Вот почему Хадича апа как и моя мать, кроме повседневных домашних хлопот ещё и отлично занималась рукоделием: пряла шерсть, вязала, ткала на ручном станке, шила.
С образованием первого в Султангулово колхоза молодая чета Бадриевых начала работать в нём. Вагаз счетоводом, для этого у него было хорошее для того времени образование, а Хадича — на разных работах.
За 20 лет совместной жизни до начала Великой Отечественной войны у них родилось восемь детей. В разное время сыновья Кутдус и Габдельхак, как и отец, ушли на войну.
Тяжёлым грузом легли годы военного лихолетья на плечи Хадичи — воспитание шестерых несовершеннолетних детей, уход за пожилой, нетрудоспособной старшей сестрой Вагаза Мушбикой, жившей у них. Она содержала семью за счёт личного подсобного хозяйства, работая в колхозе за «палочки».
Вагаз Бадртдинович был мобилизован 13 ноября 1941 года. Его, как уже прошедшего срочную службу, направили не в учебную часть, а на фронт, сражаться под Сталинградом.
Подробностей о его боевом пути я не смог уточнить, но узнать, что он служил в инженерно-сапёрной бригаде, помогло чудом сохранившееся письмо командира части. Вот его содержание: «Смерть немецким оккупантам! Товарищ Вагаз Бадриев! За образцовое выполнение боевых заданий командования, и проявленную отвагу и доблесть в борьбе с немецко-фашистскими захватчиками, приказом по 9-му полку от 16 мая 1945 года №010/н Вы награждены медалью «За боевые заслуги». Поздравляю с высокой наградой Родины, желаю Вам боевых успехов.
Командир гвардии майор Карасёв».
В штампе письма номер части «9ИСБр». Тогда ветеран войны Геннадий Никанорович Глазунов расшифровал так: «9-я инженерно-сапёрная бригада». Почему «чудом». Потому что уже после войны, когда Вагаз вернулся, его дом сгорел дотла, а письмо сохранилось.
Примерно через год, после ухода отца на фронт, в ноябре 1942 года, мобилизовали сына Кутдуса. После непродолжительного обучения в Тоцких лагерях, он также попал на Сталинградский фронт, служил связистом. Тут случилось второе чудо: два бойца — отец и сын, служившие в разных частях, неожиданно встретились на фронте.
Уже потом Кутдус Вагазович по договорённости вышестоящего командования на постоянной основе перешёл в часть отца в должности сапёра. До конца войны они служили вместе. Их последние письма приходили из Чехословакии.
Вагаз Бадреев вернулся с войны сразу после Победы. Кутдус после окончания войны ещё два года служил в Грузии. Вскоре, после возвращения, он женился на местной девушке Суфие. Супруги жили душа в душу. Кстати, Суфия Габдулловна в ближайшее время отметит свой 100-летний юбилей.
К сожалению, Вагаз умер рано, не дожив до 60-ти лет, а их сын Кутдус в возрасте 34 лет. Думаю, сказались тяготы войны.
В феврале 1944 года мобилизовали в армию второго сына Хадичи и Вагаза — Габдельхака. В боевых действиях он не участвовал, но его судьба ещё трагичнее.
После мобилизации его направили в Уральское военно-лётное училище. Будучи курсантом, он был командирован в Уфу. Оттуда возвращался поездом в Уральск. Проезжая станцию Асекеево, отпросился у командования домой в Султангулово. Было это в день Победы 9 мая 1945 года. Отправляясь в училище, уже в Уральске попал в железнодорожную катастрофу. Его долго лечили, но признали негодным к лётной службе, и отправили в город Рыльск Курской области в артиллерийское училище. Учась здесь, курсанты сами себе добывали дрова, в зимнюю пору в студёные морозы пилили лес, и на открытой машине возвращались в холодную казарму. Габдельхак простудился и тяжело заболел. Его долго лечили, но безуспешно. В 1947 году демобилизовали. Так и не вылечившись, в 1949 году в возрасте 22-х лет он умер.
Хадича Сулеймановна прожила 87 лет, пережив мужа на 27 лет. В преклонном возрасте жила в семье одного из сыновей Абубакира. Со снохой Сайдой жили и общались как дочь с матерью. Хадича души не чаяла в детях, тем же они отвечали ей.
Женщине свыше предназначена благородная миссия — быть матерью, продолжательницей рода. Моя мать Разия Бадртдиновна, родная сестра Амина Мурзахановна, родная тётя Хадича Сулеймановна выполнили её сполна.
Три женщины — три судьбы, объединённые не только кровными узами, но и верностью материнскому долгу.
Амир СУЛЕЙМАНОВ.
Село Асекеево
